очень плохоплохоудовлетворительнохорошоОтлично (Пока оценок нет)
Загрузка...
4 Октябрь 2019

Комментарии

0
 4 октября, 2019
 0

Кажется, что написать книгу может только кто-то особенный. Как вообще люди это делают? Конечно, чтобы создать свое произведение, нужны и немалые знания, и недюжинное воображение, и сила воли, и усидчивость. И все это каким-то образом должно поместиться в одном человеке — писателе.

Мы познакомились с Денисом Гербером шестнадцать лет назад на просторах радиоэфира. Ведущим на радио Денис к тому моменту работал уже несколько лет. Всегда доброжелательный в коллективе, он все же держался особняком. Уже тогда он был похож на писателя. Правда, похож! И дело не в вязаных свитерах с большими воротниками и не в легкой стиляжной небрежности, а в таинственной отстраненности, скорее даже отрешенности, которая всегда присутствовала в его облике. И вот он уже известный в Иркутской области и стране писатель, его книги нахваливают читатели и критики.

Денис, расскажи немного о себе нашим читателям. Где ты родился, где учился?

— Я коренной ангарчанин с ангарской пропиской. Периодически живу и работаю в Иркутске. Помнишь, несколько лет назад говорили об агломерации Иркутска и Ангарска? Она уже состоялась в моей голове: два города слились в единое образование, хоть и разделенное сорока километрами. В Иркутске я учился, окончил Иркутский государственный университет, факультет филологии и журналистики, профессия — журналист. Выбор профессии неслучаен: он связан с моей работой на радио (там я начал работать в 18 лет), а также с тем, что с детства я хотел стать писателем. Не ехать же в Москву поступать в Литературный институт имени Горького. Остается то, что ближе литературному мастерству, — журналистика. Там, говорят, тоже учат писать.

Семейная жизнь у меня сложилась в Ангарске, поэтому я снова в родном городе — вот уже семь лет живу здесь. Продолжаю карьеру на радио, работаю оператором и ведущим эфира.

Когда ты решил взяться за перо?

— Я уже говорил, что писать хотел с детства, и мечта, как обычно бывает, откладывалась. Сочинял, конечно, что-то, портил тетрадки. Более решительно взяться за перо меня заставил читательский кризис — я не мог отыскать на литературном поле то, что меня по-настоящему впечатляло. Решил написать такую книгу сам, и спустя два года появился роман «Ангел, стоящий на солнце».

Ты сразу определился с жанром первой книги?

— Я не ставил задачу создать жанровое произведение, писал то, что называется постмодернизмом. Роман впитал все интересующие меня жанры — магический реализм, интеллект-детектив, фантастику, исторический роман. Благо, нашелся персонаж, вокруг которого все это многообразие можно было соединить. Этот персонаж — Раймонд Луллий, удивительный философ, ученый, миссионер. О нем так много написано, и ни одного художественного произведения! Этим я и воспользовался, ведь в нашем мире осталось так мало того, о чем еще не писали.

Попробуй рассказать о своих романах в двух словах.

— Сейчас издано две книги. «Ангел, стоящий на солнце» вышел в электронном издательстве «Ridero», роман «Заблудшие» — уже в крупном московском издательстве «Вече», специализирующемся на исторической литературе. Ну и энное количество рассказов в «толстых» журналах и книжках-сборниках.

Сложно рассказывать о книге в двух словах, тем более о нескольких книгах. Они разные. Бета-ридер, читавший рукопись третьего романа, сказал: «Третий не похож ни на первый, ни на второй». В романе «Ангел, стоящий на солнце» основное действие происходит в Англии и Магрибе XIV века. Исследуется тема «божественного благословения» и «божественного наказания». Не принимаем ли мы за эти две противоположности то, что на самом деле едино? В романе «Заблудшие» приключения происходят на землях Приангарья в середине XIX века. Каторжные места, бурятские улусы и дацаны, горы и таежные дебри — это фон, а главный поиск героев — поиск самих себя, понимания собственной судьбы, оценка своих поступков.

Есть в книгах нечто объединяющее: сочетание реализма, мистики, истории. Всегда пытаюсь заключить «сложное» содержание в увлекательный сюжет. Как лучше донести важную мысль?

Что готовишь для читателей прямо сейчас?

— Сейчас пишу рассказы. Подборка рассказов «Пробуждение» вышла в сентябрьском номере «Сибирских огней» (новосибирский литературный журнал), еще несколько рассказов готовятся. В разработке и третий роман, он на стадии редактирования и ожидает экспертной оценки. Когда появится — пока сложно сказать, надеюсь, что скоро.

Денис, как родные относятся к твоему творчеству? Делают ли замечания, если им что-то не по нраву?

— Родные с радостью следят за моим творчеством и поддерживают, за что я им очень благодарен. Первой новое произведение читает моя супруга Татьяна Гербер, делает замечания, спрашивает, исправляет ошибки, которые я до сих пор допускаю. Затем наступает очередь бета-ридера — человека, чьему литературному вкусу я доверяю. Он свежим взглядом оценивает произведение.

А вообще многое ли приходится корректировать? Как ты реагируешь на советы и на критику в целом?

— Скорее не советы, а замечания. Или нужные вопросы. Психика автора устроена так, что он плохо различает собственные ошибки, а вот чужие — запросто (наверное, это свойственно человеку вообще). Бета-ридер не только указывает на ошибки, но и выявляет «слишком разжеванные» или «вообще непонятные» части текста. Автору (мне, по крайней мере) сложно уловить эту грань. Я всегда говорю: «Получать хорошие отзывы приятно, а плохие — полезно». Если человек не воспринимает критику, он действует себе в ущерб. Недавно я был на совещании сибирских авторов в Новосибирске, и мы вместе с мэтрами активно разбирали наши тексты. Кто-то переносил критику с трудом, даже выходил из комнаты, а вот кемеровский поэт Дмитрий Мурзин пожаловался, что его «недоругали», это мне ближе. Конечно, нужно выслушивать критику, принимать, а следовать ей или нет — решать самому, не вестись на мнение других. Если писатели начнут всецело подчиняться мнению авторитетов, литература перестанет развиваться. Думаю, это имел в виду Хлебников, когда призывал «скинуть Пушкина с корабля современности».

Мог ли ты подумать, приходя на уроки литературы в школе, что в будущем ты станешь известной фигурой в этой области?

— Школьником я очень любил читать, но не то, что задавали в школе. Тургенева, Достоевского, Толстого читал фрагментарно — ровно настолько, чтобы заработать слабенькую «тройку». А увлекала фантастика — Лем, Беляев, Брэдбери, Шекли, Гамильтон, позже — Стивен Кинг. Любимых писателей назвать сложно, ведь их много, да и список с возрастом меняется. Когда-то это были вышеупомянутые фантасты. Потом «магические реалисты»: Милорад Павич, Габриэль Гарсиа Маркес, Салман Рушди. Сейчас стараюсь чередовать: одна книга современная, другая — из классики. Слежу за новинками (для меня это книги последнего десятилетия) и восполняю литературные лакуны.

Что можно пожелать писателю? Пожелаем тебе ярких творческих озарений, а в будущем экранизаций твоих романов! С нетерпением ждем выхода новой книги. Огромное спасибо тебе за приятную беседу!

Наталья ХАРЧЕНКО, специалист отдела краеведения ЦГБ

Добавить комментарий

error

Вся Неделя в социальных сетях